|
|
 |
|
|
Мужик икнул, открыл детские глаза.
В ветвях сосны, вверху, надсадно кричала ворона, точно проклинала на своем языке.
Что ж ты, дурак экой, - сказал Иевлев.
Чего разбойничаешь? В чем душа только держится... У мужика покривились губы, сказал едва слышно: - Беглые мы... С верфи.
Били там - тридцать кнутов... Раньше-то мы здоровые были, ничего... - Вставай, застудишься! - посоветовал ямщик.
Мужик сел на розвальни, снял с себя драный кушак, подал ямщику: - Вяжи, что ли... Чего так-то... У Иевлева перехватило горло - таким страшным безысходным отчаянием повеяло от этого жеста: вяжи, что ли.
Тихо, еле шевеля губами, мужик добавил: - Разве сдюжаешь с вами.
Вы, небось, и хлебушко едите... - Иди отсюда к черту! - раздельно произнес Иевлев.
|
